Форум » Архивы, музей, библиотеки » Архивы Казахстана » Ответить

Архивы Казахстана

Jake: Адреса архивов Казахстана с сайта Архивного комитета Центральные и Областные архивы

Ответов - 9

Jake: Архив Президента Республики Казахстан

Jake: Из истории Центрального государственного архива Республики Казахстан I сентября 2001 года главному архивохранилищу страны - Центральному государственному архиву Республики Казахстан исполнилось 80 лет. Юбилейная дата совпала с 10-летием государственной независимости Республики Казахстан. Следует отметить, что за годы суверинета значительно увеличился объем хранимой ретроспективной документной информации, касающейся государственного строительства нового Казахстана, значительных изменений в политической, экономической и культурной жизни страны, которая станет бесценным источником для исследователей истории Казахстана конца ХХ-начала XXI века. История создания архива, как и всех архивов бывшего СССР, начинается с издания декрета СНК РСФСР "О реорганизации и централизации архивного дела", подписанного В.И. Лениным 1-го июня 1918 г. В основу советской организации архивного дела, в отличие от досоветского периода, был положен принцип государственной централизации управления архивным делом и создания Единого государственного архивного фонда. В нем сосредотачивались все фонды страны, образовавшиеся в дореволюционный период, а также документальные материалы советских правительственных, общественных, кооперативных и других учреждений и организаций. Гражданская война и вызванная ее разруха затормозили реализацию на территории Казахстана декрета об архивном деле. И только после создания Казахской советской государственности в 1920 г. был поставлен вопрос об организации краевого архивного фонда. 1 сентября 1921 г. на базе Оренбургского губернского архива был создан Центральный краевой архив, первый в истории Казахстана государственный архив. Первоначально штат архива состоял из 5 человек: зав. архивом, архивариусов первого и второго разрядов, делопроизводителя и сторожа. Тем не менее, до конца 1921 г. в Центральный краевой архив поступили на хранение архивы 19 учреждений, были взяты на учет 2 учреждения. 24 января 1922 г. коллегией Наркомпроса республики было утверждено первое официальное положение о Центральном краевом архиве Казахской АССР. Архив получил статус главного хранителя на территории Казахстана всех уже разобранных, приведенных в систематический порядок ценных и важных архивов, имеющих научно-историческое значение, как государственных учреждений, так и общественных организаций и частных лиц. По характеру архивного материала краевой архив подразделялся на несколько секций: архив революции, секция дореволюционных документов, научно-справочная библиотека. В 1925 году краевой архив принял документы архива Тургайского областного правления, в котором отложилась документация, освещающая историю Западного Казахстана за период с конца ХVIII века до 1916 года. В том же году в связи с передислокацией столицы республики в Кзыл-Орду, туда же был переведен Центральный краевой архив КАССР. В 1927 году из Урды (бывшая Ханская ставка) были переданы в Центральный краевой архив документы Букеевского ханства в количестве 20 тыс. дел. В октябре того же года в архив поступили архивные фонды бывшей Сыр-Дарьинской области, находившиеся в Ташкенте. Огромную роль в комплектовании архива историческими документами сыграло постановление ЦИК и СНК Казахской АССР от 8 сентября 1928г. "О сдаче Казахскому центральному архиву печатных и иллюстративных материалов, негативов, фотоснимков и кинофильмов, имеющих историко-революционный интерес, а также архивов бывших ханов, султанов, активных деятелей и сторонников бывшего правительства Алаш-Орды и других архивных материалов. В 1929 году Центральный архив был переведен в новую столицу Казахстана в г. Алма-Ату. В связи с этим его фонды были пополнены документами дореволюционных учреждений Семиреченской области, охватывающие историю Жетысу с середины XIX века и до 1918 года. В 1940 году Центральный архив республики принял из Омского областного архива более 40 тысяч дел, освещающих историю Северного, Центрального и Восточного Казахстана за период с начала XIX века и до I9I8 года. Таким образом, только в 1940 году в основном была закончена концентрация в Центральном архиве Казахстана ранее разбросанных по разным архивам документов дореволюционных учреждений. Всего было собрано 844 фонда по истории досоветского периода, содержащие более 200 тысяч дел. В марте 1941 года на базе Центрального краевого архива были образованы два самостоятельных архива - Центральный государственный исторический архив Казахской ССР (ЦГИА КазССР) и Центральный государственный архив Октябрьской революции и социалистического строительства Казахской ССР СЦГАОР КазССР). В годы войны, в январе 1943г.,в Алма-Ате был организован Цен тральный государственный архив кинофотодокументов Казахской ССР. В 1957 г. три центральных государственных архива были объединены в единый Центральный государственный архив Казахской ССР (ЦГА КазССР). В феврале 1974 г. на базе отделов ЦГА Казахской ССР создаются Центральный государственный архив научно-технической документации Казахской ССР (ЦГА НТД КазССР) и Центральный государственный архив кинофотодокументов и звукозаписей Казахской ССР СЦГА КФДЗ КазССР). Принятие в декабре 1998 года Закона Республики Казахстан "О Национальном архивном фонде и архивах" дало правовую основу для дальнейшего совершенствования процесса пополнения» сохранности и использования архивных фондов документами Национального архивного фонда Республики Казахстан. В настоящее время Центральный государственный архив Республики Казахстан, имеющий в своих фондах 1 млн.500 тысяч дел, является крупнейшим многопрофильным архивом страны, а также единственным в республике хранилищем уникальных документов досоветского периода. 1ак, наиболее ранние документы, хранящиеся в архиве, датируются 1733 годом и отражают материалы о поездке в Джунгарию русского посланника майора Угрюмова. Здесь же отложился целый пласт исторических источников по русской торговле с Джунгарией, Китаем и среднеазиатскими ханствами в первой половине 18 века. Основной же массив документов досоветского периода ЦГА Республики Казахстан хронологически охватывает период с конца XVIII века до 1918 года. Подавляющее большинство документов данного периода по своей информативной насыщенности и репрезентативности, зафиксированных в них данных являются уникальными и единственными в своем роде. Отложившиеся в архиве документы освещают экономическое положение казахского народа, особенности социально-политического устройства казахского общества конца XVIII нач. XX вв., дают сведения о своеобразии культуры и быта коренного населения края. Наиболее ценную часть фондов архива представляют документы по национально-освободительному движению казахского нар ода,начиная с восстаний батыров Срыма Датова, Жоламана Тленшиева,Джанходжи Нурмухамедова, султана Кенесары Касымова и заканчивая восстанием 1916 года. Кроме документальных материале в, освещающих историю Казахстана с 1733 по 1918 гг., в фондах ЦГА Республики Казахстан имеются документы, содержащие материалы по истории сопредельных стран (Монголия, Западный Китай, среднеазиатские ханства). Кроме фондов досоветского периода на хранении в ЦГА Республики Казахстан находятся документы высших и центральных органов государственной власти и государственного управления республики, общественных и кооперативных учреждений и организаций, хронологически относящиеся к периоду с 1919 по 1996 гг. Это прежде всего фонды Военно-революционного комитета по управлению Казахским краем. Центрального Исполнительного Комитета и Совета Народных Комиссаров КазССР, наркоматов, Парламента Республики Казахстан, Кабинета Министров Республики Казахстан, министерств, агентств, ведомств и многих других учреждений. Объем документов, поступивших на государственное хранение значительно увеличился в период передислокации высших и центральных органов государственной власти и государственного управления республики в новую столицу - г. Астану. Сведения, отложившиеся в документах советского периода, отражают основные этапы становления индустриальной базы республики, создания многоотраслевой экономики, освоения целинных и залежных земель, о ходе и особенностях культурного строительства, о демографических и этнических изменениях в народонаселении республики. Особую актуальность на сегодняшний момент представляют документальные материалы тех фондов, в которых отложились сведения по многим ранее закрытым темам: установление тоталитарного режима в Казахстане, проведение конфискации имущества баев и полуфеодалов, ход и специфика проведения сплошной коллективизации и связанного с ним голода 30-х годов в Казахстане. Кроме того, имеются документы, характеризующие размах массовых политических репрессий, особенно в отношении казахской национальной интеллигенции. История становления независимого Казахстана нашло отражение в документальных материалах новейшего периода, образовавшихся в деятельности высших органов государственной власти страны, общественных объединений (фонды Парламента, правительства, Конституционного и Верховного судов, министерств и ведомств). Помимо фондов учреждений и организаций, в архиве хранится большой массив документальных материалов личного происхождения. На сегодняшний день в ЦГА Республики Казахстан отложилось более 250 фондов личного происхождения, содержащие свыше 70 тысяч дел. На современном этапе в деятельности архива выделяются три главных направления: обеспечение сохранности документов Национального архивного фонда Республики Казахстан, работа с ведомствами и комплектование фондов и, наконец, научное использование хранящейся в архиве документации. За 80-ти летнюю историю существования архива его сотрудниками, совместно с научными учреждениями страны, было подготовлено и издано более 100 сборников документальных материалов.

Jake: Факты и правда: Поиск В советское время считалось, что существует монополия на истину, и эта монополия во всех сферах общества принадлежала государственному идеологическому аппарату. Его служители сами определяли, что нужно народу, а что не нужно. Регламентировалось все вплоть до того, какие надо писать и читать книги, какую музыку слушать и какое кино смотреть. Ко всему был классово-партийный подход, с позиций которого складывались многочисленные политические, идеологические и историко-культурные мифы.Но таковы уж закономерности бытия, что тайное всегда становится явным. И страшный гриф, под которым десятилетиями томилась не одна искалеченная душа, рано или поздно снимается, и на свет из далекого далека появляется Истина. Но чтобы такое произошло, эта Истина должна где-то храниться, дабы потом в качестве факта предстать на суде истории, который все расставит по своим местам. Наверное, мало кто знает, что такое хранилище Истины есть в Алматы. Называется оно Архив Президента РК, который был создан в январе 1994 года Указом Президента Нурсултана Назарбаева. Здесь на многочисленных стеллажах, тщательно оберегаемый, властвует его величество Факт — около миллиона (!) единиц различного рода документов, начиная с мятежно-революционных 20-х годов и до наших дней. Хранилище памяти Президентский архив уникален еще и тем, что это, пожалуй, единственное в стране хранилище политических документов: в нем собраны материалы, в основном связанные с деятельностью коммунистической партии Казахстана, причем не только ее центральных звеньев — Киробкома, Казкрайкома, ВКП(б)К, Бюро ЦК КП Казахстана, но и Алматинского обкома, горкомов, райкомов партии, вплоть до самых низовых звеньев. Здесь же многочисленные документы о «помощнике» партии — комсомоле Казахстана. Но история, как, впрочем, и факты, ее составляющие, не отделима от конкретных человеческих судеб. Сколько таких забытых либо незаслуженно оболганных имен возродили служители этого архива памяти! Именно служители, потому что ни один сотрудник архива не покинул свой пост и не изменил своему делу даже в самые тяжелые годы развала огромной советской империи. Люди продолжали работать, порой месяцами не получая зарплаты, трудились, как говорится, не за страх, а за совесть. — Была поставлена задача сохранить все документы, и эту задачу наши работники выполнили, — считает директор архива Владимир Николаевич Шепель, — как с 1917 года начинается, так и до нынешних дней все разложено, как говорится, по полочкам. Сейчас нас и финансируют нормально, и техника новая поступает, а лет 10—12 назад люди работали буквально на голом энтузиазме. — Они выполняли благородную миссию — сохраняли историю страны. Есть расхожая фраза, что без прошлого нет будущего, и действительно, каждый период, прожитый страной, — лишь звено в общей исторической цепи. Выпадет звено — рассыпется цепь. Поэтому, какой бы история ни была, нравится она кому-то или нет, но это наше с вами общее прошлое, его можно критиковать, но от него нельзя отказаться. — Вы правы. Причем любой период этого прошлого нам интересен, ведь каждый листок, каждая страничка — это история. Кто-то емко, образно, а главное, верно сказал: архив — это память народа. Это действительно так. Задача архивистов — сохранить эту память, но делать это надо умело, ведь бумага — материал не вечный, она особенно подвержена разрушительному влиянию времени. Она боится не только воды, грибков, но и света, поэтому наши хранилища, как тот сказочный теремок — без окон, без дверей, вход в них строго ограничен. Снимать копии со старых документов тоже нельзя, потому что тепловой режим разрушает бумагу, а мы дрожим над каждым листком. Причем наша задача не только сохранить уникальные документы, но и, как говорится, достучаться до каждого из них, ведь многие за давностью лет просто не читаемы. Восстановить так называемые угасающие тексты мы пытаемся с помощью современной компьютерной техники. Создаем электронные версии, чтобы можно было работать с такими документами. Чтобы человек пришел к нам в читальный зал, запросил то или иное дело и получил его. Оригинал ему мы дать не можем, иначе просто его потеряем, а электронную копию — пожалуйста, работайте с ней сколько угодно. — А интересно, какого характера эти исторические документы? — Это постановления ЦК Компартии Казахстана, которые подшивались в отдельные дела. Там не только перечислялись повестка дня, ход обсуждения тех или иных вопросов, но еще и материалы, что готовились отделами для членов бюро, — справки, записки какие-то, рекомендации и так далее. Все это у нас тоже сохранилось. Кроме того, имеется богатейшая картотека личных дел, такой вы нигде не найдете. Ну и, конечно, сосредоточена уникальная информация, в которой отражены, я бы сказал, эпохальные события становления нашего суверенного государства. — Документы советского периода уже все открыты? — Нет. По закону документы могут быть открыты только через 15 лет их хранения. За последние два года мы много сделали для того, чтобы решения партийных комитетов были открытыми, но там же миллионы листов! Поэтому невозможно одним росчерком пера рассекретить все подряд, да этого и нельзя делать, потому что, например, все документы Бюро ЦК партии шли под грифом «совершенно секретно», так как были связаны с вопросами государственной безопасности страны, обороны, ее сырьевыми ресурсами. — Проблемой рассекречивания документов занимаются ваши сотрудники? — Не только, по решению Правительства создана специальная комиссия по рассекречиванию фондов ЦК Компартии Казахстана, в нее вошли работники отдельных ведомств, историки, политологи, ну и, конечно, представители архива. Надо сказать, это очень кропотливая работа. Причем мы пошли вниз по исторической лестнице, то есть начали с 1991 года и дошли до 1959-го. Нам предстоит опуститься вниз по этой лестнице еще на несколько десятилетий, на что уйдет не один год и понадобится не меньше четырех заседаний комиссии. Она заседает два раза в год, а в промежутке работает экспертная группа, которая просматривает буквально каждый листок. Но до сих пор некоторые документы остаются секретными, к некоторым ограничен доступ. — И что сегодня скрывается под грифом «секретно»? — Вопросы обороны, карты и схемы месторождений, данные по стратегическим объектам, некоторые цифры. В каждом государстве есть такие секреты, и оно обязано их хранить. — Утечки информации у вас не бывает? — Нет, как и того, чтобы документы исчезали. Люди у нас работают не только опытные, но и ответственные, преданные своему делу. У нас есть специальная реставрационная лаборатория, вы ее потом посмотрите, где старые документы переводятся на микрофильмы, чтобы с ними можно было работать исследователям. Каждый год мы будем открывать все новые материалы уже новейшей истории периода независимости. — Ваш архив называется президентским, надо понимать, здесь хранятся и все документы, связанные с деятельностью Президента страны? — У нас хранятся только президентские указы, постановления, распоряжения и материалы к ним. Все эти документы комплектуются в текущем архиве Администрации Президента и по мере подготовки из Астаны передаются нам. Но все это пока закрытые материалы, так как не прошли еще положенные по закону 15 лет ведомственного хранения. Только тогда к ним откроется доступ. — Значит, президентские документы, как писательские рукописи, тоже должны отлежаться. Срок давности лишь иной. — А вот законы, которые подписывает Президент, хранятся в Центральном государственном архиве, там же находятся и материалы Верховного Совета, теперь Парламента. В Астане есть еще личный архив Президента и его музей. Реабилитированная история Владимир Николаевич Шепель знает все тонкости делопроизводства не только советского партаппарата, но и нынешней Канцелярии Президента. В советское время он был заведующим общим отделом ЦК Компартии Казахстана и сам переправлял в архив многие из ныне хранящихся здесь документов, ведь президентский архив создан на базе Центрального государственного архива новейшей истории. А когда компартия распалась, Владимир Николаевич стал сотрудником президентской администрации, начальником канцелярии, а затем заместителем руководителя администрации. В общем, рядом с Президентом Владимир Шепель работает без малого 20 лет. Архивом руководит три года, сменив на этом посту не менее опытную Людмилу Давлетовну Дегитаеву. А первым директором президентского архива была Г. А. Карпыкова. Они и сегодня его первые помощницы. Чтобы рассекреченные документы стали доступны широкому кругу читателей, сотрудники архива активно занимаются выпуском сборников различных документов. Как сказал мне с гордостью Владимир Николаевич, «в научном мире мы не последние». И это действительно так. Вот только несколько недавно изданных сборников. Биографический справочник «Первые руководители комсомола Казахстана (1920—1991)» еще пахнет типографской краской, кстати, в нем можно встретить немало знакомых имен. Или вот «История Казахстана в русских источниках», изданная по государственной программе «Культурное наследие». Не меньший интерес представляет и «История Отечества в судьбах его граждан». Это тоже сборник биографий, созданный по архивным источникам. Здесь в каждой отдельно взятой судьбе, как в капле воды, отражается история Казахстана, начиная с 20-х годов прошлого века. — Очень неплохо у нас отработана тема депортации народов и периода репрессий, — считает Владимир Николаевич, — это те тоталитарные, страшные годы, которые катком прошлись по жизням не одного поколения казахстанцев. — Мне доводилось читать некоторые ваши издания. Помню, меня потрясли отдельные документы, вошедшие в сборник воспоминаний жертв политических репрессий, который так и называется — «Страницы трагических судеб». Кстати, благодаря этому сборнику я нашла одну из героинь моих казправдинских публикаций — Зою Николаевну Жижимонтову, удивительную женщину, которая, пройдя лагерные круги сталинского ада, не только не сломалась, но, дожив до 100 лет (эту дату она отметила в прошлом году), сохранила такое чувство юмора и такую способность радоваться жизни, что многие молодые ей бы позавидовали. — Очень приятно, что наши публикации так востребованы. У нас выпущено немало именных сборников. Скажем, о Тураре Рыскулове, об Уразе Джандосове, о Левоне Мирзояне, об академике Серикбае Бейсембаеве... Кроме того, мы издали сборники «Из истории немцев в Казахстане» и «Из истории поляков в Казахстане». — Насколько я знаю, эту книгу принял в дар от вашего архива Папа Римский Иоанн Павел II, который, как известно, был поляком по национальности. В молодости, сразу же после Второй мировой войны он чудом избежал ГУЛАГа — от неминуемого ареста будущего Папу спас советский офицер. Это почти что детективная история. — Да, наверное, не случайно поляки перевели нашу книгу на свой язык. Ее презентация прошла в Варшаве в конце прошлого года. А вот биографический сборник на казахском языке, он называется «Народные комиссары Казахстана. 1920—1946 гг.». Эта книга, только выйдя, быстро разошлась в республике, получив большой отклик среди наших историков. На днях в издательстве «Арыс» выходит этот сборник уже на русском языке. — Выпуск подобных книг — очень нужная работа, и она поистине достойна самых высоких похвал, ведь те уникальные документы, что хранятся в ваших запасниках, должны быть оценены современниками. Кстати, по вашим наблюдениям, насколько сейчас велик интерес к истории? — Он, безусловно, растет. В то время как в начале 90-х годов, например, когда люди больше были озабочены хлебом насущным, такого наплыва исследователей у нас не было. Вы знаете, я помню, как тогда заходил в художественный салон и удивлялся тому, что картины стоили буквально копейки! Их почти никто не покупал, а посмотрите, что сейчас! Ведь это тоже свидетельство изменения нашей жизни. Что же касается истории, то к ней неизмеримо возрос интерес. Причем такой исторический бум наблюдается не только у нас, но и за рубежом. Вы не поверите, но к нам специально едут не только из Америки, но и из Канады, Японии, других государств, чтобы поработать с документами разных периодов истории нашей страны. — И какой период времени наиболее востребован? — Наверно, все-таки период репрессий. Люди хотят знать, как это было на самом деле. — А вот интересно, Владимир Николаевич, вы для себя какие-то открытия сделали? — То, что мы находим документы, которые еще никому не известны и порой мы становимся их первыми читателями, — разве это не открытие? Поэтому я себя, например, считаю первооткрывателем. Ведь каждый день приносит что-то новое. Сборники, которые мы публикуем, это тоже во многом открытие. И вы знаете, что еще интересно: многие узнают в них своих дедов и прадедов! — Для молодого поколения это, наверное, особенно важно. — Сейчас растет новое, компьютеризированное поколение. Во многом оно не похоже на наше. Конечно, можно ругать историю, но ведь и в советский период было немало положительного. Взять хотя бы то же патриотическое воспитание. Вот вы сказали, что вся страна пела песни, которые ей насаждала система. Но вот, казалось бы, парадокс — люди-то это делали искренне, от души. — И Родину свою любили искренне. Наверное, эта любовь во многом помогла выстоять в Великой Отечественной... — Вы правы, поэтому сегодня просто необходимо воспитывать чувство патриотизма, это великая сила. Взять хотя бы наши госсимволы: все знают, что когда звучит гимн страны, правую руку надо класть на сердце, но гимн же надо еще и петь. А многие ли знают слова нашего гимна? В связи с этим никогда не забуду, как к нам в Алматы приезжала правительственная делегация Малайзии, в ее составе было 60—70 человек, это было еще до переезда столицы. И когда во Дворце республики, где проходило торжественное собрание, зазвучал гимн их страны, вы не представляете, как они пели в этом огромном зале — как в последний раз! У них был такой блеск в глазах и такая гордость, что я даже позавидовал. Вот когда мы станем так же петь свой гимн, тогда нам с вами не надо будет говорить о проблеме патриотизма. Возвращаясь к истории, можно сказать, что интерес к ней сейчас вызван еще порой и личными мотивами: к нам в архив обращается немало людей, которые интересуются судьбами своих родственников. Ведь многие из партийных лидеров сталинского периода были репрессированы. Скажем, велик интерес к такому национальному движению, как «Алаш», в него, как известно, входило немало интеллигенции. Нынешние исследователи хотят разобраться, так что же это было на самом деле — контрреволюционный мятеж, как считалось раньше, или наоборот — борьба за национальное равноправие? И, как свидетельствуют архивные документы, которые сохранены у нас, все-таки по своей сути это было прогрессивное движение интеллигенции, которая еще тогда стремилась сбросить оковы центризма. Сегодня эти люди, жизни которых сложились в основном трагически, вызывают уважение. — То есть хранимые в вашем архиве документы дают возможность по-новому оценить давно прошедшие события. Видимо, не случайно поэт сказал, что большое видится на расстоянии. — Если надо докопаться до истины и наших документов недостаточно, то мы выходим на архивы Москвы, стран СНГ. Нами разработан план до 2013 года. В соответствии с ним мы ищем новые темы. Например, сейчас работаем с национальными культурными центрами по линии Ассамблеи народов Казахстана. Это просто идеальная тема, причем мало разработанная для исследований истоков интернациональной дружбы народов. Здесь еще наверняка предстоят открытия. Кроме того, мы включаем в сборники материалы, которые раньше шли под грифом «Совершенно секретно» и сейчас рассекречены. — А материалы периода развала Союза, когда мы пережили, можно сказать, бескровную революцию, еще не раскрыты? — Это еще впереди. В этом году мы будем открывать документы 1990 года. Кстати, знаете ли вы, что кроме грифов «Секретно» и «Совершенно секретно» были еще и так называемые «особые папки», в которых хранились документы, в основном касающиеся вопросов государственной безопасности и обороны? Кстати, многие материалы этих папок пересматриваются, как уже говорилось, специальной комиссией. — Почему? — Дело в том, что тогда абсолютно все материалы Бюро ЦК, например, обязательно хранились под грифом «Совершенно секретно», а там могли быть вопросы самые обычные, скажем, документы о разнарядке по областям в связи с направлением населения на уборку картофеля. Ну какой же здесь секрет? — В то же время известно, что в 20-е годы в Алма-Ату ссылали таких крупных политических деятелей, как Троцкий, например. На этот счет у вас есть какие-то документы? — У нас есть специальная картотека по персоналиям, вы можете с ней ознакомиться. Но, говоря о той или иной личности, нельзя забывать еще и другую сторону архивных документов, что заставляет комиссию по рассекречиванию порой ограничивать к ним доступ. Скажем, материалы печально знаменитых «троек», которые в 30-е годы раскручивали здесь маховик репрессий. Если эта информация связана с конкретными личностями, мы не можем дать ее в широкий доступ без надлежащей проверки. Вот, скажем, про кого-то сказано, что он был информатором, а потомки этого человека живы сейчас. Каково им узнать такое? — Значит, у вас в архиве хранятся и доносы? — И такие документы есть. Но без проверки мы не может их обнародовать. — То есть вы должны учитывать и моральные принципы: ярлык на человека повесить легко, а вот отмыться порой бывает значительно сложнее... — Конечно, а человек на самом деле мог и не быть доносчиком, его могли просто оговорить, ведь в те времена творились невероятные вещи... Кроме того, людей силой, а то и под пытками вынуждали делать «признательные» заявления. Поэтому и необходимы конкретные разбирательства по конкретным людям. Память тоже должна быть избирательной. — А вот эти документы по отдельным людям касаются только их партийной работы или в них фиксируются и какие-то моменты личной жизни? — В основном документы связаны с общественной деятельностью. Кстати, нам до сих пор приносят документы, в том числе и старые. Скажем, после смерти того или иного известного человека, который раньше занимал высокие государственные должности, документы в архив передают его дети или внуки. — А дневниковые записи к вам попадают? — Попадают и дневники, и письма. Для истории это тоже важно, это часть нашей жизни. Найти человека Из памяти отдельных людей соткана память государства. И свойство ее таково, что она тоже имеет временные границы. Скажем, то, что сейчас представляется актуальным, через какое-то время становится никому, кроме специалистов, не интересным. Загадки и секреты истории — увы! — подвержены влиянию времени. Меня, например, мало волнует, кто когда-то скрывался под железной маской. Но в то же время интересно, кто, например, дирижировал событиями краха Союза. Но пока это еще во многом тайна. И хотя версий, в том числе и самых невероятных, на этот счет предостаточно, многие документы еще ждут своего часа. Но вот как они ждут? Чтобы ответить на этот вопрос, мне пришлось совершить небольшое путешествие по удивительному миру, ведь архив — это маленькая страна со своими порядками, правилами и нормами поведения. — Соблюдать их — святая обязанность каждого, ведь здесь живет Память, — сказала мой проводник по архиву Людмила Давлетовна Дегитаева. Она много лет руководила всем этим весьма сложным хозяйством и знает все его тонкости. — Сейчас в 1 300 фондах нашего архива насчитывается около миллиона единиц хранения! Вот это, например, картотека личных дел, по ней можно найти любого человека, если его имя хоть однажды упоминалось в каких-либо документах, начиная с 20-го года. Скажем, открываем любую карточку на букву «С» — Сексембаева Жамиля, 708-й фонд, 39-я опись, столько-то единиц хранения. И если, допустим, к нам приходят и просят найти документы про того или иного человека, мы сразу можем это сделать. У нас есть даже и такая картотека: когда тот или иной человек был назначен на определенную должность, когда освобожден и по какой причине. Причем не только о представителях высшей партноменклатуры, но имеются сведения и о директорах совхозов, председателях колхозов и даже завфермами — когда-то все они были в номенклатуре ЦК. А вот здесь у нас хранятся личные дела работников ЦК партии, Алматинского обкома партии, горкома, городских районов. — То есть вы можете даже биографии восстанавливать! — Конечно, мы это и делаем. А сейчас давайте посмотрим одно из наших хранилищ. Их у нас восемь, а общая протяженность архивных стеллажей — свыше 29 тысяч погонных метров! По законам космоса — Посторонним вход в хранилище строго запрещен, чтобы, не дай Бог, не занесли какой-нибудь заразы — такими словами встретила меня его хозяйка Зайтуна Адильевна Хашимбаева, начальник отдела обеспечения сохранности и государственного учета архивных фондов. — Надо сказать, что это здание строилось специально под архив, поэтому здесь все по правилам — размеры стеллажей, расстояние между ними. Вот это так называемая ярусная система: все документы помещены в специальные коробки из плотного картона, мы его называем «чемоданным». Таких коробок только в этом хранилище более семи тысяч. В каждой — два-три дела, папки, в которых они вложены, могут быть и тонкими, и толстыми. А если это личные дела, то их в одной коробке может быть и до 25. Температура здесь постоянная — 17—19 градусов, влажность тоже — 50—55 процентов. Окон, как видите, нет. Дневной свет для старой бумаги опасен. У нас регулярно проводится влажная уборка, причем протираются все коробки. Пыль так же вредна для бумаги, как моль для шубы. — В бумаге могут и грибки, и плесень появляться. — Мы строго за этим следим, и если нужно, тут же обрабатываем формалином. — А почему коробки не деревянные, это из-за противопожарных соображений? — Дело не только в этом, картонные коробки тоже обязательно пропитываются специальным составом на случай пожара, но в дереве часто заводятся разные жучки. — А как же вы гоняетесь за микробами? Ведь здесь чуть ли не километры стеллажей! — Время от времени мы проверяем все документы, все протираем, чистим... Бывает, что находим документы из других папок. Вы знаете, в связи с этим мне вспоминается интересная история. В петербургском архиве при его переезде в другое помещение нашлись документы чуть ли не царских времен, которые все это время были в розыске. Как оказалось, они просто упали за стеллажную полку и почти 80 лет там пролежали. Представляете! Поэтому мы внимательно за всем следим и все проверяем. — В общем, ручная работа... — Совершенно верно. — Архив постоянно пополняется, — вступает в разговор заместитель директора архива Вячеслав Михайлович Чупров. — Внизу у нас есть специальный кабинет, который не отапливается зимой и, если надо, охлаждается летом, там тоже постоянная температура. В этот кабинет из хранилища приносят документы, где двое суток они акклиматизируются, иначе может выступить конденсат, и бумага испортится. Только после этого с ними можно начинать работать. — Но оригиналы посетителям в руки не выдаются, насколько я знаю? — С документами работают только наши сотрудники, восстанавливают, если надо, текст, снимают на микрофиши. Все это делается в специальном отделе, где ветхие листочки аккуратно разделяются на странички. Ставится новая обложка из некислотного картона, но старая при этом обязательно сохраняется, чтобы видно было, как она выглядела... Наши сотрудники могут восстановить документы, как мы говорим, с угасшим текстом. Потом эти документы подшиваются отдельно, потому что если старую кислотную бумагу подшить с новой, то начинаются реакции выброса лишней щелочи... Этот процесс долгий, но в итоге новая щелочная бумага способна высветлить старинную кислотную за счет химических реакций. И текст может быть утрачен. Чтобы такого не произошло, на специальном оборудовании делаются страховые копии этих документов на микрофишах. Раньше, в 60-е годы, текст переснимался на микрофильмы, но так как эти микрофильмы были сняты уже с угасающего текста, сейчас на них практически ничего не видно. Весь материал, который предназначен для работы, внесен в компьютерную базу архива, что не только облегчает работу посетителей нашего читального зала, но и значительно упрощает поиск нужных документов. Ну а теперь давайте вернемся к нашему хранилищу. Отдельные коробки, как вы видите, помечены специальными индикаторами. Это означает, что в них хранятся особо ценные документы. Надо сказать, что все документы в нашем хранилище разделены на три категории — первая, вторая и третья. — И какая же самая ценная? — Наиболее важные документы относятся к первой категории. Это исторически ценные материалы ЦК, обкомов, крайкома партии. Давайте возьмем с вами любую такую папку. Вот, например, документ от 17 июля 1932 года — протокол заседания Казахского краевого комитета. О чем там только не говорили — об азбуке ленинизма на казахском языке, об издании шеститомника Ленина... и тут же — об институте удобрения в Казагропочвоведении, о Карсакпайском комбинате, о Прибалхашстрое, о ходе работы по подготовке строительства Турксиба. Конечно, сейчас читать эти документы очень интересно. Взглянув на этот идеальный порядок, я начинаю понимать известного российского историка Роя Медведева, который во время недавнего посещения Алматы так восторгался нашим президентским архивом, называя его лучшим в СНГ. Причем многие здешние правила напомнили мне ... принципы освоения космоса. Отправляясь в космос и возвращаясь на Землю, космонавты проходят обязательный карантин. А вдруг они подцепят какую-нибудь внеземную инфекцию или, наоборот — в космос попадет какая-нибудь земная зараза? Так и здесь — новые документы проходят через своеобразное чистилище. Начать с того, что их даже нельзя вносить в архив через центральный вход, для этого есть специальная дверь. Поначалу документы складывают в отдельное помещение, где они должны отлежаться. После этого сотрудники архива чистят их пылесосом, проверяют каждый лист на предмет сохранности, смотрят, чтобы не осталось между страницами дохлых тараканов или другой какой нечисти. Потом бумаги переносят в следующий кабинет, где идет повторная обработка, затем — в третий. И лишь только потом документы начинают систематизировать. В общем, чтобы попасть на полку в хранилище, каждый из них проходит через много рук. Даже самые новые, только пришедшие из президентской канцелярии бумаги, в обязательном порядке проходят санобработку, в противном случае есть риск заразить все хранилище, и это уже катастрофа. Кстати, в начале 90-х годов, после роспуска компартии, пошли разговоры о том, чтобы передать партийные документы в Госархив. Но умные люди предложили по примеру Москвы создать архив новейшей истории, что и было сделано. А в 1994 году благодаря инициативе Главы государства у нас появился Архив Президента Республики Казахстан. И сегодня этот архив — один из лучших на постсоветском пространстве по условиям хранения и техническому оснащению. Елена БРУСИЛОВСКАЯ

Jake: Делопроизводство и архивное дело в Республике Казахстан 1. Основные документы по регулированию делопроизводства и архивного дела в РК Конституция РК. Гражданский кодекс РК Трудовой кодекс РК Постановление Правительства Республики Казахстан от 26 января 2001 года № 146 “О Концепции развития архивного дела в Республике Казахстан на 2001-2005 годы Концепция развития архивного дела в Республике Казахстан на 2001-2005 годы Постановление Правительства Республики Казахстан от 11 июня 2001 года № 797 “О утверждении Программы развития архивного дела в Республике Казахстан на 2001-2005 годы“ Программа развития архивного дела в Республике Казахстан на 2001-2005 годы Одним из важнейших условий функционирования государственного механизма является обеспечение сохранности и оперативное использование имеющейся информации. Важнейшее место в выполнении этих задач занимает архивное дело и документообразование. Архивы являются поставщиками ретроспективной документной информации в целях удовлетворения научных, культурных и социальных потребностей общества. Программа развития архивного дела в Алматинской области на 2002-2005 годы (далее-Программа) разработана в соответствии с Постановлением Правительства Республики Казахстан от 26 января 2001 года № 146 " О концепции развития архивного дела в Республике Казахстан на 2001-2005 годы" и Постановления от 11 июня 2001 года № 797 " Об утверждении Программы развития архивного дела в Республике Казахстан на 2001-2005 годы"[4,11]. Разработка Программы продиктована необходимостью дальнейшего совершенствования архивной отрасли, модернизации материально-технической базы архивных учреждений области, улучшения сохранности и эффективного использования документов Национального Архивного Фонда Республики Казахстан. Реализация Программы будет осуществляться архивными учреждениями области поэтапно во взаимодействии с местными представительными органами с применением необходимых организационных, экономических, финансовых, информационных и правовых механизмов. Основные направления Программы и мероприятия по ее реализации отвечают целям и задачам духовного и культурного развития региона, определенным стратегией "Казахстан-2030"[4,12]. 2. Делопроизводство на государственном языке Уже через год, к 2005 году, Казахстан планирует полностью перейти на государственный язык -- казахский. Документация и делопроизводство будут вестись на одном языке. Сегодня правительство РК создает различные условия для изучения казахского языка, однако многие, изучающие государственный язык, отмечают «скучность» программы. Об этом говорили почти все участники круглого стола, прошедшего на днях в Алма-Ате и посвященного 7-летию принятия Закона «О языках в Республике Казахстан». На данный момент в республике приняты государственные программы функционирования и развития языков, действует постановление правительства РК «О расширении сферы употребления государственного языка в государственных органах». Во многих министерствах и ведомствах организованы курсы обучения казахскому языку, продуман комплекс мер по материальному стимулированию сотрудников, освоивших государственный язык на уровне делопроизводства. По мнению начальника городского управления по языкам акимата Алма-Аты Жанибека Налибаева, необходимо дальнейшее совершенствование нормативно-правовой базы функционирования и развития государственного языка. Казахстан переходит на «самый главный» язык постепенно, этап за этапом. Сейчас практически во всех государственных учреждениях созданы курсы изучения казахского языка. Процесс изучения проходит не в принудительном порядке, а в добровольном. Но даже это не влияет на сознательность граждан-казахстанцев. Не хотят пока чиновники и служащие учить государственный язык. А если и посещают занятия, то пятьдесят процентов из них делают это для галочки. Тем временем на курсы выделяется немало денег: их оплачивают из республиканского и местных бюджетов. По некоторым расчетам, на одного человека для изучения казахского языка выделяется примерно 8 616 тенге. Кстати, Министерством труда и социальной защиты населения разработан проект закона «О перечне профессий, специальностей и должностей, для которых необходимо знание государственного языка в определенном объеме в соответствии с квалификационными требованиями». В статье 2 этого проекта указано более 220 должностей начиная от обыкновенных служащих и заканчивая начальниками и руководителями «всех мастей». Знание и уровень языка отдельного государственного служащего подтверждается сертификатами, которые выдаются после окончания курсов. Отделы по обеспечению реализации государственной политики в сфере развития языков существуют во всех государственных организациях. Именно они определяют объем знаний, необходимый для получения сертификата[5,7]. 3. Нормативная база Единой системы электронного документооборота Республики Казахстан Опыт, полученный в ходе создания первой очереди Единой системы электронного документооборота Республики Казахстан (ЕСЭДО РК) показывает, что условия внедрения автоматизации деловых процессов в государственных органах значительно отличаются от условий внедрения бизнес - процессов в коммерческих организаций и самое главное отличие - это невозможность обеспечить поддержку первого лица - того кита, на котором базируется любое успешное внедрение систем автоматизации в бизнесе. Поэтому нами разработаны следующие мероприятия, содержание которых будет раскрыто в докладе: Разработка Концепции по постепенному упразднению работы с документами на бумажных носителях в органах государственного управления РК, предусматривающая раздельный документооборот на бумажных и машинных носителях. Разработка временных Правил по организации электронного документооборота в органах государственного управления РК, предусматривающих использование минимального набора реквизитов на первом этапе внедрения Разработка нормативно - правовой базы электронного документооборота, создающей механизм применения Закона РК об электронном документе и электронно - цифровой подписи Инсталляция и опытная настройка аппаратно - программного обеспечения Национального фонда электронных документов и прототипа центра идентификации электронных ключей в рамках проведения работ по созданию второй очереди ЕСЭДО РК[4,13]. Организация обмена электронными документами между отделами документационного обеспечения управления (ДОУ) государственных органов пилотной зоны внедрения электронного документооборота с проведением обучения сотрудников через Национальный фонд электронных документов посредством использования электронной почты и доступа через Интернет к WEB - серверу прототипа центра идентификации электронных ключей Разработка ЕСЭДО-Н (национального уровня)в рамках проведения работ по второй очереди ЕСЭДО РК на основе Технического Задания путем развития прототипа Национального фонда электронных документов. Разработка постоянно действующего специализированного WEB - сервера центра идентификации электронных ключей на основе Технического Задания путем развития прототипа временного центра идентификации электронных ключей Автоматизация делопроизводства на бумажных носителях посредством внедрения действующих в службах ДОУ ЕСЭДО-В (ведомственного уровня) в аппарате руководителей государственных органов, а затем и структурных подразделениях и проведение обучения сотрудников согласно имеющейся очередности внедрения ЕСЭДО-В в пилотной зоне Развитие функционала подсистем ЕСЭДО-В, обеспечивающего автоматизацию электронного документооборота при выполнении условия раздельного документооборота на бумажных и машинных носителях. Автоматизация электронного документооборота в государственных органах и проведение обучения сотрудников пилотной зоны внедрения электронного документооборота Проведение НИР 3-й очереди ЕСЭДО, включающую в себя: o Разработка опытной версии казахстанского машинопонимаемого коммуникативного формата (КМПК - формата); o Разработка проекта стандарта электронного обмена данными на основе КМПК - формата; o Проведение обследование программно - аппаратного обеспечения в финансируемых из госбюджета организациях; o Разработка ТЗ на Национальную Информационную Инфраструктуру (НИИ) РК; o Разработка проекта нормативно - правовой базы Национальной Системы Электронно - Документационного Обеспечения Управлении (НСЭДОУ) РК и постепенного упразднения использования документов на бумажных носителях в органах государственного управления · Проведение испытаний и приемки электронного документооборота в 12 ведомствах · Организация Транспортной Среды ЕСЭДО РК в пилотной зоне внедрения электронного документооборота · Проведение экспертизы и приемки НИР третьей очереди создания ЕСЭДО РК · Проведение структурирования Национального фонда электронных документов путем формирования его каталога на основе опытной версии КМПК - формата. · Проведение тестовых испытаний и приемки WEB - сервера и собственно Центра идентификации электронных ключей · Проведение тестовых испытаний взаимодействия Национального уровня ЕСЭДО РК с Центром идентификации электронных ключей, Государственной базой физических лиц, Системы электронных архивов (СЭА ГО) в рамках создаваемой Национальной Информационной Инфраструктуры (НИИ РК) · Проведение тестовых испытаний и приемки 2-й очереди ЕСЭДО РК, включающих в себя контроль доработанных версий ЕСЭДО-В, ЕСЭДО-Н с включающей в себя поисковые (1), OLTP и OLAP - функции подсистемой управления знаниями (СУЗ) и подсистемой поддержки принятия решений, Национальным фондом электронных документов с Главными каталогами и классификаторами (2) Принятие Стандарта РК об электронном обмене данными в НИИ РК Организация обмена электронными документами между государственными органами пилотной зоны внедрения электронного документооборота через Национальный уровень ЕСЭДО РК с использованием Транспортной Среды НИИ РК. Полномасштабная автоматизация электронного документооборота во всех государственных органах и проведение обучения сотрудников. 1. поиск документов по значениям реквизитов, введенных при работе с документами, полнотекстовый (в том числе и нечеткий), семантический, морфологический, фактографический, многоязычный, логический поиск, поиск по содержанию документов и с экспертным уточнением запросов 2. а также другим научно - справочным аппаратом, обеспечивающем функционирование ЕСЭДО РК, в том числе функции автоматического формирования метаданных из документов по указываемым категориям заданного классификатора Список использованной литературы 1. Конституция РК 2. Гражданский кодекс РК 3. КЗоТ РК 4. Адельгужин А.А. Утвержден государственный стандарт Республики Казахстан “Делопроизводство и архивное дело. Термины и определения“ 5. Кошарная Е.В. Укреплена правовая база государственного учета документов Национального архивного фонда Республики Казахстан 6. Инструкция о порядке отбора и передачи на государственное хранение кинодокументов и видеофонограмм

Jake: Хранители Имя музы истории Клио, которую часто изображали со свитком пергамента в руках, можно перевести как «дарующая славу». Кто не попал на скрижали истории, тот в человеческой памяти не задержится надолго. Не каждый знает, что матерью Клио была Мнемозина — богиня памяти. Не правда ли, символично? История всегда продолжается памятью. Ее кладовые — архивы, кажется, что в них хранится само время; открой любую папку — и станешь не свидетелем — участником событий, прошумевших века назад. Двери одного такого хранилища открылись перед корреспондентом «Казахстанской правды». Сидел себе на берегу Лача-озера Даниил Заточник, скрипел пером, сочинял «Слово», адресованное суровому князю. В двенадцатом веке компьютеров не было, приходилось очинять гусиные перья, но и перьями у него выходило складно, да так, что потомки его сочинение до сих пор не забыли. Даниила называют философом, писателем, даже первым юмористом, но есть у его писаний еще одно, с позволения сказать, свойство — они дошли до нас, преодолев темные глубины веков. Эта судьба выпала далеко не всем письменным памятникам, сколькие сгорели в огне бесчисленных нашествий, истлели от времени, пошли на самокрутки революционных матросов. А этот документ и многие другие уцелели. И поклониться в пояс за это нужно архивариусам, хранителям древности. В детстве мне казалось, что архивы — это скучные и темные узилища, в которых томятся пыльные конторские книги, всякие унылые гроссбухи, справки и постановления, но когда мне довелось впервые побывать в одном из архивов, покопаться в документах, собранных там, я понял: именно здесь настоящее поле чудес, территория поисков и удивительных находок. Хотя само слово «архив» появилось только при Петре I, однако практика сохранения наиболее ценных документов существовала очень давно. Недавно судьба подарила мне — иначе не назову — счастливый случай прикоснуться к истории в хранилищах Государственного архива Оренбургской области. Здесь хранятся тысячи бесценных документов, имеющих отношение к далекому и не очень прошлому Казахстана. ...Неспешно открываются тяжелые двери хранилища, загораются неяркие лампы, и мы с начальником отдела использования и публикации документов Еленой Поповой попадаем в святая святых. На стеллажах тысячи папок, глаза разбегаются от их количества — настоящий архивный Клондайк. На некоторых папках арабская вязь, и это не случайно, ведь Оренбург был первой столицей Казахстана. В формулярах некоторых дел всего по одной отметке, это значит, что они были востребованы только однажды. Спрашиваю у Елены Николаевны, а есть ли документы, которых еще не касалась рука исследователя? «Сколько угодно», — отвечает она и, не сходя с места, достает тяжеленную книгу — «Описание Оренбургъ — Ташкентской железной дороги». Формуляр ее девственно чист. Может, лежит она здесь с самого 1905 года, когда была издана, и хранит в себе немало полезных сведений?.. В читальном зале Оренбургского архива всегда работают исследователи, ученые, журналисты, здесь нередко можно встретить соотечественника из Казахстана. Например, документы из Оренбурга составили основу огромного тома о Букеевской Орде, вышедшего в нашей стране. А вот я держу в руках тяжеленное дело, в котором сотни и сотни страниц. Это дело «О смерти Абулхаиръ Хана». Датировано оно 1748 годом. Документам два с половиной века, но многие из них вполне в приличном состоянии. Бумага плотная, ломкая, но чернила или тушь не выцвели, видимо, хороши были почти три столетия назад. Смотришь на эти бумаги, и дух захватывает! Их составляли современники хана, того самого, который уже в семнадцать лет участвовал в жарких битвах, который прославился и как полководец, и как дипломат. Борьба с джунгарами обессмертила его имя, трагическая гибель прямого потомка Чингисхана добавила его чертам мученичества, его судьба, его цельный характер словно созданы для истории, и хан занимает в ней достойное место. Смотрю один из документов, касающихся Абулхаир-хана. Это подлинник письма, «присланного абулхаировой ханшей» — Попай (в разных источниках по-разному, в этом документе — «Пупай») и датированное 28 августа 1748 года. Оно адресовано Ивану Неплюеву, тогдашнему губернатору, одному из любимцев Петра Великого, основателю Оренбурга, человеку замечательной судьбы. Ханша пишет, что ее муж — Абулхаир-хан «убиен». Рассказывает об этом событии так, что становится понятно, что она отнюдь не новичок в политических вопросах. После смерти хана Попай не раз обращалась к Неплюеву, в одном из писем она даже просит прислать войска для преследования и наказания убийцы хана — султана Барака. И это только один довольно известный документ. ...История самого Оренбургского архива отнюдь не безоблачна. Еще в 1888 году губернатор обратился с ходатайством «об открытии в Оренбурге Центрального исторического архива для всего Оренбургского края...», предлагая устроить его в здании «здешней главной гауптвахты». Но в тот раз не удалось, военные гауптвахтой не захотели делиться. Между тем из дел бывшей канцелярии Оренбургского генерал-губернатора к этому времени образовался целый архив, заключающий в себе до 25 тысяч дел, бумаг и документов, имеющих отношение к истории края. Но даже в 1914 году Оренбургская ученая архивная комиссия, докладывая Императорскому русскому историческому обществу об истинном положении дел в сфере «архивной жизнедеятельности», сообщала: «... архив генерал-губернатора и других местных учреждений — это один из самых ценных как по количеству дел, так и по их интересу... Но надо сознаться, что помещение, отведенное под него, совершенно не соответствует ни по своим размерам, ни по типу постройки для хранения архива. Здание настолько мало, что явилась возможность поместить в нем лишь часть дел, остальные — свалены в холодной каменной лавке городского Гостиного двора. Недостаточность помещения заставляет отказываться от дел, передаваемых из архивов местных учреждений, благодаря чему пропадают очень древние архивы (например, мировых учреждений города Орска, около 200 пудов документов которых были распроданы; истлел архив Исетской провинции в городе Челябинске конца XVII — начала XVIII веков)». События 1917 года и лихолетья гражданской войны также не очень помогли архивариусам. Оренбург переходил из рук в руки, документальные материалы, брошенные ликвидированными учреждениями города, тюками и связками лежали в сараях и подвалах без надзора, расхищались и гибли. Бумажный кризис 1919 года, вызванный тяжелым экономическим положением в стране, повлек за собой утилизацию многих архивных дел. Только в сентябре 1919 года был назначен уполномоченный губернского отдела по делам архива, который незамедлительно принял меры к спасению фондов и организации местного архивного бюро. К этому времени документальное наследие Оренбургского исторического архива составляло свыше 300 тысяч дел. В 1920 году за архивом было закреплено два помещения: бывший архив Духовной Консистории и бывшее здание музея на Набережной. Штат сотрудников составил три человека. Среди уцелевших дел и вот это, озаглавленное несколько мудрено: «Дело каким образом в бытность Киргизского Нуралия Хана с салтанами и старшинами о ханстве его Нуралия публиковано тем салтанам и старшинам». Сохранился в прекрасном состоянии и другой документ, датированный 24 июня 1858 года: «... Ведомость о ходе торговли на бывшей въ нынъшнем году при Ставке внутренней Киргизской Орды весенней ярмарке...». Открываю последнее дело и узнаю, что пуд муки пшеничной стоил на ярмарке около 90 копеек, лошади продавались от 15 рублей, баран стоил два рубля... Довольно любопытное, на мой взгляд, коротенькое примечание к документу: «За лавки, балаганы и кибиточные мъеста главный прикащик наслъдников Хана получил 7 214 рублей 50 копеек». Папки, папки... Объемистые и не очень, и очень любопытно было бы с ними познакомиться, но сегодня моя задача — рассказать об архиве, архивариусах. О документах, к сожалению, только вскользь. Для того чтобы изучать подобные материалы, требуются не часы, не дни — годы. Беру в руки еще один очень интересный документ, во всяком случае для меня, уроженца Уральска. Дело называется «Об увеличении содержания чинам Уральской войсковой типографии». В этой типографии некогда в советское время работали все мои родные — Доронины, Миловы, Чеботаревы. Они трудились, получая скромную зарплату, и вряд ли знали о делах старинных, например, о том, сколько зарабатывали здесь сотрудники до революции. Из приложенного к делу рапорта узнаю, что «По Высочайше утвержденному 9 февраля 1861 года положению... учреждена в Уральском войске типография на два станка по особому штату...». Далее следуют организационные и финансовые выкладки, мы их пропустим, а вот дальше узнаем, что старший корректор, например, получал в год 220 рублей. Страшно сказать, но в те времена корова стоила три-семь рублей, в разное время по-разному... Но главное для меня все-таки не это. Чего считать коров, не купленных полтора века назад! Типография основана в 1861 году — она одна из старейших в Казахстане! ...В 1925 году в связи с переносом столицы КССР в Кзыл-Орду было произведено разделение архивных фондов между ЦА КССР и Губернским архивным бюро. Было назначено для передачи в Кзыл-Орду около 16 фондов и 210 тюков документов, в том числе все старейшие фонды Оренбургских губернских учреждений с начала основания Оренбургского края в 30-х годах XVIII века и крупнейший фонд Оренбургского военного губернатора с 1797 по 1880 годы. Но часть из них по случайности (отсутствие архивохранилища в Кзыл-Орде) была оставлена в Оренбурге. В настоящее время в Государственном архиве Оренбургской области находятся на хранении только дореволюционных 338 фондов и 137 454 единиц хранения и более полумиллиона единиц хранения послереволюционных. Когда Елена Николаевна закончила свой рассказ, я попытался представить себе это количество документов, но, честно говоря, не смог. Спрашиваю: — А насколько велик объем материалов, связанных с Казахстаном? — Он значителен. Документы охватывают не только советский период, но и фактически с момента основания Оренбурга. Много документов о казахском народе, его быте, культуре. Практически по всем направлениям деятельности. — Число материалов — десятки, сотни? — Десятки тысяч, скорее всего. Представлены документы о населении Казахстана, социально-экономических, дипломатических отношениях. Кстати, очень много документов именно об установлении дипотношений. — Мы уже говорили о том, что много документов малоизученных, часто ли случаются какие-то «находки» — документы неизвестные, представляющие ценность для историков, писателей, журналистов? — Конечно, случаются. Мы сами, готовя какую-нибудь статью, сталкиваемся с этим. Иногда это бывает оттого, что какая-то тема просто не нашла своего исследователя. А еще бывает так, что какие-то материалы кажутся неактуальными, но проходит время, меняются взгляды, и они становятся востребованными, почти открытиями. — Как хранятся документы, посвященные Казахстану?.. — Отдельного фонда, который был бы посвящен истории казахского народа и Казахстана, нет. Среди периодических изданий и в библиотечном фонде есть отдельные издания, которые посвящены именно истории Казахстана или казахского народа. Что же касается архивных документов, то большая их часть представлена в фонде канцелярии оренбургского генерал-губернатора, это самый обширный фонд, но есть и в других более мелких фондах. — Часто к вам наезжают из Казахстана ученые, историки, писатели, публицисты? — Очень часто. Их вниманием мы не обделены. Это наши соседи, и нам всегда приятно, когда они приезжают и обращаются к нашим документам. В основном это исследователи, которые пишут научные труды. Очень много запросов социально-правового характера из Казахстана. Например, многие казахстанцы в военное время работали и жили в Оренбуржье, они обращаются к нам за документами о подтверждении стажа работы в годы войны. А исследователи практически каждый месяц приезжают. Хочу сказать им спасибо за то, что приезжают, потому что они не забывают о нас, присылают свои книги, монографии. Также и за счет этого мы пополняем свой библиотечный фонд. — Вы публикуете немало работ в периодике... — Да, это работа нашего отдела, и она ведется по нескольким направлениям. Например, материалы по истории православия мы отдаем в «Епархиальные ведомости», светские документы — в «Вечерний Оренбург». Сотрудничаем, конечно, и с центральными изданиями. А вот специализированного вестника или архивной газеты у нас пока нет. ...Конечно же, не мог я в этом архиве не коснуться и темы, касающейся истории моей любимой газеты, — «Казахстанской правды». Казалось бы, все известно, что прародительницей «Казправды» является газета «Известия Киргизского края», еженедельник, первый номер которого вышел 1 января 1920 года. Так значится в официальной истории издания, и у нас нет основания не доверять этому. Но вот что напечатано в сборнике «Это нашей истории строки», вышедшем к 80-летию газеты: «А с июля 1921 года она стала органом РКП и ЦИК республики. А с 20 ноября 1923 года вместо «Степной правды» стала выходить «Советская степь», орган Киргизского РКП (б), Кирбюро ВЦСПС и Оренбургского губкома РКП(б), губисполкома и губпрофсовета»... Иначе говоря, какое-то время газета именовалась «Степной правдой». Меня заитересовали корни этого издания. И оказалось, что у нее была и другая предтеча — оренбургская газета «Коммунар». Собственно, это не было секретом, но писалось об этом как-то не очень ясно, словно в далеком теперь уже прошлом основатели издания никак не могли выбрать себе родителя и выбрали сразу двух. Я прошу у Елены Николаевны показать мне самый первый номер «Степной правды», если он сохранился. И вот в читальный зал приносят пожелтевшую, но неплохо сохранившуюся подшивку. Вот он самый первый номер... Самый-самый!.. Он вышел в свет 3 июля 1921 года. На первой странице небольшая редакционная статья — «Новый этап». Вот несколько строчек из нее: «Главная задача, которая стоит перед начинающей жить с сегодняшнего числа «Степной правдой», — продолжение в краевом масштабе той работы, которую выполнял «Коммунар» в масштабе губернии». А в заметке, адресованной «ко всем тт. сотрудникам», сказано: «С сегодняшнего дня газета «Коммунар» переименовывается в «Степную правду»...». Теперь главное: в титуле первого номера «Степной правды» в скобочках было указано — «145». Это значит, что в 1921 году вышло 144 номера «Коммунара», 145-й именовался уже «Степной правдой». Мне не удалось обнаружить самый последний номер «Коммунара», но 138-й рассмотрел внимательно. Так вот, в нем значилось, что с начала выхода газеты вышло 704 номера. Если учесть, что в самые первые годы революции было очень трудно с бумагой, о чем можно найти и в газете, что выходила она отнюдь не ежедневно, то выходит, что она издавалась с конца семнадцатого — начала восемнадцатого годов... Конечно же, все эти выкладки предстоит проверить, верю, что найдется когда-то скрупулезный летописец истории старейшей русскоязычной газеты Казахстана. Но в любом случае эта версия не противоречит официальной. Просто у газеты два родителя — почтенных и достойных. Мы продолжили разговор с Еленой Поповой. Я спросил: — Вам известно, что нынешний год в Казахстане объявлен Годом Пушкина, а в России — Годом Абая. Какие-то изыскания в этом направлении у вас велись в вашем архиве? — Если к нам приезжают с такими просьбами, мы всегда готовим подборки документов, готовим выставки. В прошлом году приезжала делегация из Казахстана, снимала как раз фильм об истории своей страны. Мы вместе с областным краеведческим музеем готовили документы этого периода. — Скажите, а можно ли сейчас найти какой-либо документ, связанный с именем великого Абая? — Сложно сказать. Нужен целенаправленный и скрупулезный поиск. Очень кропотливая работа. Такой документ может оказаться едва ли не в любом фонде, в любых документах, справках, где угодно. Нужно охватить по максимуму весь спектр документов, начиная с той же канцелярии генерал-губернатора и заканчивая, возможно, каким-то делопроизводством или перепиской. С одной стороны, человек был общеизвестен и был популярной личностью, казалось бы, документы должны лежать на поверхности. Но архивные документы перевозились с одного места в другое, и в разные смутные времена часть из них могла быть утеряна. Или попасть совсем в другие фонды. Чтобы найти что-то новое, необходима большая работа... В общем, все зависит от исследователей, их умения работать с архивными документами, направленности поисков, интуиции, и, конечно, нужна удача, а она — спутница трудолюбивых... — Пушкинисты к вам часто наведываются? — Более того, у нас в области существет областное Пушкинское общество, и мы являемся его членами. Стараемся регулярно собираться, обсуждать возникающие вопросы. Краеведы и исследователи делятся с нами тем, что им удалось найти и что издать за последнее время. Мы рады, что наши документы этому помогают... Приезжают и пушкинисты из Казахстана, например, из Уральска... Они плодотворно работают. Несколько дней, что я провел в Оренбурге, пролетели незаметно. Даже в самых новых районах города ощущаешь его неповторимое своеобразие — здесь славянское неразрывно связано с азиатским, казахским. Рядом с православными куполами высятся минареты мечетей. Как сказал поэт, правда, о другом городе «золотая дремотная Азия опочила на куполах». И, наверное, в Оренбурге особенно остро понимаешь, как неразрывна, взаимосвязана история наших народов. Мы — соседи, нам и дальше жить рядом... Геннадий ДОРОНИН //Казахстанская правда от 06.10.2006

Jake: Хрупкая память страны В нашей республике на данный момент работают две сотни архивов. По оценкам экспертов, их собрание – самое богатое в Центральной Азии. В нем насчитывается 19 миллионов единиц хранения. Интерес к архивным материалам в последнее время резко возрос не только у профессиональных историков, но и у работников телевидения, людей, увлекающихся прошлым Казахстана. Несмотря на это, в отрасли имеются свои проблемы, которые решаются не только за счет государственного финансирования и частного спонсорства, но и в не меньшей степени за счет преданности работников архивного дела своей профессии Елена Устинова Алматы Для того чтобы лучше понять, чем живет архив нашего времени, мы отправились в Государственный архив кинофотодокументов и звукозаписей Республики Казахстан. Еще совсем недавно, каких-то лет десять назад, на финансирование архивов выделялись очень скромные средства, не говоря уже о середине 1990-х годов, когда архивное дело в Казахстане находилось в запустении. Тогда на содержание ценных экспонатов выделялись копейки, зарплату работникам не платили по нескольку месяцев. Фонды удалось сохранить только благодаря фанатичной верности архиваторов своему делу, понимавших, что если не предпринимать какие-то меры, мы можем лишиться уникальных документов. Архив кинофотодокументов и звукозаписей поддерживали иностранные посольства и международные организации. Так, фонд Сороса предоставил архиву компьютерное оснащение, тогда как раз остро стоял вопрос о создании электронно-информационной базы – первого признака соответствия архива духу времени. Затем ЮНЕСКО профинансировало серию семинаров по проблемам сохранения документов и применения их в телепередачах. Это была своего рода пропаганда сохранения архивов, по всей республике семинары имели большой отклик в профессиональной среде. Семь лет назад посол Королевства Нидерландов в Казахстане подарил архиву звукомонтажный стол, который был необходим для просмотра старой 35-миллиметровой кинопленки – именно на ней хранится основная часть уникальной коллекции государственного архива. В таком оборудовании учреждение, хранящее исторические ценности, нуждалось давно. Свою помощь в дело сохранения нашей истории внесли также американские дипломаты. Когда работники архива обнаружили, что значительная часть всего фонда кинопленки поражена грибком, конечно же встал вопрос о покупке специальных химических растворов, способных предотвратить его потерю. Дело это сложное и дорогостоящее, естественно, что в трудные 1990-е годы государственных средств не хватало. Посольство США выделило грант в размере 30 тысяч долларов на эти цели. Были реставрированы и сохранены казахстанские документальные фильмы XX века и художественные ленты периода 1985–1995 годов. Всего восстановлено полторы сотни единиц кинофотодокументов, или почти 100 тысяч метров старой пленки. Особое значение гранта выражалось не в денежном отношении, а в сохранении документов, которые могли быть утрачены. Вопросами сохранения исторически ценных материалов по большому счету государство заинтересовалось только после объявления программы «Культурное наследие» («Асыл Мура»). В отрасль стали поступать инвестиции. Интересными были предложения выпустить уникальные архивные документы в виде сборника, голоса исторических личностей страны перенести на диски, внести кадры кинохроники о Великой Отечественной войне в электронные учебники по истории и так далее. За семь лет существования проекта были оцифрованы и переведены на современные носители уникальные материалы. Первый сборник из музыкальной серии «Асыл Мура» был посвящен творчеству великой Куляш Байсеитовой, заключительный – «отцу» казахской оперы Мукану Тулебаеву. В этой серии также вышли диски с творчеством звезд нашей оперы, живых классиков Бибигуль Тулегеновой, Ермека Серкебаева, Розы Джамановой, музыкантов, представляющих народное искусство, Жамал Омаровой, Манарбека Ержанова, Гарифоллы Курмангалиева и композиторов Ахмета Жубанова, Бахытжана Байкадамова. Поскольку проект некоммерческий, эти альбомы нельзя найти в продаже – все экземпляры были розданы в фонды библиотек, музеев, музыкальных школ и консерваторий. Сейчас поднимается вопрос о повторном тираже дисков, которые поступили бы в свободную продажу и могли быть доступны ценителям раритетных записей. В этом году планируется выпуск антологии тысячи казахских песен и кюев с партитурой, и это произойдет впервые в истории нашей страны. Всего же в ходе проекта «Асыл Мура» предстоит отреставрировать и перенести на современные аудионосители более пяти тысяч часов чистого музыкального звучания – это десять с половиной тысяч единиц хранения. «В наше время носители информации меняются очень быстро. Таким ненадежным хранителям как CD архив вообще не может доверять. Поэтому мы пришли к серверному хранению. Но оцифровка материалов для нас все-таки не главное. Гораздо важнее сохранить оригиналы», – рассказывает Алла Сеитова, директор Государственного архива кинофотодокументов и звукозаписей. Параллельно ведется поиск и идут переговоры о передаче в архив других уникальных записей, сохранившихся в фондах телевидения и радио, в библиотеках, частных собраниях и даже в других государствах. Согласно Программе развития архивного дела в Казахстане на 2007–2009 годы, из ее бюджета в 22 млн. тенге, пять с половиной миллионов выделено на приобретение документов из зарубежных архивов и личных собраний казахстанцев. Но в возвращении культурного наследия участвует не только государство. К примеру, редчайшая запись голоса легендарного Амре Кашаубаева, покорившего своим пением в 20-х годах прошлого столетия избалованную европейскую публику на Всемирной выставке в Париже, находилась в Москве. Благодаря стараниям казахстанского бизнесмена ее копия попала и в наш архив. Выход казахстанского архивного дела на международную арену подразумевает внедрение новых технологий сбора, хранения и распространения исторических документов. У архиватора сегодня совсем иной, чем раньше, имидж: высоко эрудированный, хорошо знающий историю страны, азы архивного дела, навыки менеджмента и новые информационные технологии специалист. Таким должен быть современный архиватор. Однако в стране сейчас насчитывается всего 184 профессиональных архиватора, и может так случиться, что им просто некому будет передать свое дело – с 2004 года набор абитуриентов на специальность «архивоведение» в КазНУ им. Аль-Фараби был прекращен, а в самих архивах уже более двадцати лет не появлялось ни одной вакансии – новые места не создаются из-за крайне скромного фонда заработной платы. Правда, бывают случаи, когда молодые люди упрашивают руководство архива взять их волонтерами – видимо, не все в нашей стране помешаны на высокооплачиваемой работе. Ранее у каждого архива имелся свой банковский счет, на который поступали средства за производство копий архивных материалов. Деньги с этого счета могли расходоваться исключительно на решение проблем и развитие самого архива, ни в коем случае не пополняя фонд заработной платы. Но согласно недавнему указу Министерства образования и науки, архивам, находящимся на государственном обеспечении, теперь запрещено взимать плату за свои услуги – предоставление и копирование ретрохроники. Воспользоваться уникальными материалами совершенно бесплатно теперь могут не только местные документалисты, но и иностранные. А именно они проявляют к нашим раритетам большой интерес. В казахстанских архивах довольно часто бывают журналисты с российских телеканалов «Культура», «НТВ», «Россия», «Интер+», World Discovery – довольно обеспеченных редакций. Редкие хроникальные кадры, хранящиеся в наших архивах, достаются им безвозмездно, а документальные фильмы, создаваемые на их монтажных столах, в телевизионном мире продаются за солидные деньги. При этом казахстанские документалисты, приобретающие ретрохронику в российских архивах, вынуждены платить за нее внушительные суммы. Такой процесс обмена документами вряд ли можно назвать взаимовыгодным. Сами работники архивов часто говорят, что в нашем обществе не сформировалось отношение к архивам как к чему-то важному и первичному в отличие от библиотек, музеев. К каким-то уникальным вещам складывается просто попустительское отношение. Например, весь архив акмолинского областного радио со временем был размагничен и попросту выброшен на помойку. Но бывает и так, что сами казахстанцы приносят какие-то старинные материалы, причем даже в оцифрованном виде, по своей инициативе, просто в дар архиву. «Может быть, именно в этом и заключается истинный патриотизм», – говорят архивариусы. Конечно, это только крупицы, но, возможно, главное, сделать первый шаг к сохранению уникальных архивных материалов – как культурного феномена, заслуживающего трепетного и уважительного отношения. http://www.continent.kz/asia_7/13.htm

77759: Из второй статьи выставленой Жаке. ......Память тоже должна быть избирательной.... Да-а-а! "Книга трагических судеб" в ней и про моего отца есть отрывок. Может оно и к лучшему, я про "Избирательную память". Все хотел узнать кто был следователем по делу моего отца. Фамилию его следователя теперь я знаю. Все раньше порывался найти его детей, если они есть и посмотреть как они живут, знают ли они про своего отца. Наверное гордятся тем что он наверное "почетный член" НКВД или МВД, орденоносец или персональный пенсионэр. Был такой юношеский максимализм. Увидеть урпаков судей что осудили моего отца на 25 лет Колымы. С возрастом и временем становишься наверное мудрее. А виноваты-они дети!!!..???. Адам - пенде. Что говорить если один писатель занимающий сейчас пост министра в своей книге об "одном человеке" мимоходом лягнул другого т.е. моего деда. А он писака знает ли, что тот человек о котором он пишет родной сват о котором он так отозвался нехорошо. А что делать внукам и правнукам тех людей. Они то знают что это далеко не так как он пишет. Что один дед, не чем не хуже другого деда(нагашы). Но гложет их мысль, а как подумают те(прочитавшие) кто не знает подоплеки их дедов отношений. Конъюктурщик хренов. Я про писателя. Бог им всем судья! Кстати и дед мой был репрессирован по пресловутой 58 статье.

Jake: Вы приводя свой пример, подтверждаете, что память избирательна. И зависит конкретно от человека, скорее даже от его возраста, интеллекта, мудрости. По поводу энкэвэдэшников и их детей - "Яблоко от яблони далеко не падает". Хотя и сын за отца не в ответе.

marina.a: Большим архивам хорошие стеллажи :) архивные стеллажи



полная версия страницы